Сказ шестой

СВАДЬБА ШАРВИЛИ

Стоит дроби барабанной
Раскатиться утром ранним,
Как гороху с плоских крыш,
Разорвав ночную тишь,
Вторя ей кинжалом острым
Звук зурны пронзает воздух,
Трав целительных стократ
Накопивший аромат.
Просыпается мгновенно
Горский люд благословенный.
Если песня родилась,
Значит, свадьба началась.
А однажды утром рано
Песнь зурны и барабана
Ветры быстро разнесли
С крыши дома Шарвили.
Всюду гости дорогие –
Барабанщики лихие,
Сто умелых зурначей –
Тугощеких усачей
Перед домом в ряд уселись.
Стайки девушек слетелись
На большой зеленый луг,
Парни вертятся вокруг.
А для них в огромных чашах
Мальчуганы пиво тащат.
Жаром пышут у реки
На шампурах шашлыки.
Ведь берег Даглар недаром
Ту заветную отару,
Чтоб на свадьбе Шарвили
Все насытиться могли.
Здесь же выстроились кругом
Голосистые ашуги.
Могут песни сочинять,
Сами ж их и исполнять.
Подтянулись друг за дружкой
В дом с подарками старушки.
За подарками теперь
Не видна совсем Цюквер.
Тут тебе и шелк лакарский
И большой ковер суварский,
Шали, платья, полотно,
Шерстяное волокно,
Яйца, сыр, шербет и вина,
Украшенья из рубина,
Перстни, серьги, пояса –
Вот такие чудеса.
А когда, подобно птицам,
Соберутся молодицы,
Громко зазвучит тогда
Песенка «Перизада»64.
Вот, друзьями окруженный,
Шарвили идет смущенный.
Среди девушек теперь
Затерялась и Эквер.
Кто поет, а кто танцует,
Кто в зурну натужно дует,
Кто-то в барабаны бьет,
Кто из рога пиво пьет.
Захмелевшие в сторонку
Отошедши потихоньку,
Лечь на травку норовят,
Под открытым небом спят.
Под навесом дремлют старцы,
Но в разгаре самом танцы.
Руки разведя, джигит
Вслед за девушкой летит.
После «Горного потока»65,
Танцевали «Харц»66 немного,
А потом и «Мулейли»67 -
По желанью Шарвили.
Собираются гурьбою
Увлеченные борьбою.
Скачут где-то лихачи,
Мечут камни силачи.
Балансируя шестами,
Взвились в воздух над гостями
Юные весельчаки,
На канатах смельчаки.
В маске и с мукою в сумке,
Меж людьми гуляет юркий,
Хитроумною лисой
Тот, кого зовут кусой68.
Боги, эту как назвать бы
Многокрасочную свадьбу?!
Словом, каждый, кто пришел,
Развлеченье здесь нашел.
И наелся, и напился,
Всю неделю веселился
Без обид и споров люд.
Завершилась свадьба тут.
Вот и срок пришел проститься,
Стали люди расходиться
По селеньям, городам,
По своим родным домам.
Унесли с собой отдарки
Те, кто принесли подарки.
А Эквер и Шарвили
К ложу брачному пошли.
Скоро в небе ночь сгустилась
И над домом опустилась,
Где, короче говоря,
Весь народ гулял не зря.
По-ребячьи хиб69 захныкал
И подснежники натыкал
Под журчанье и трезвон
На лесных полянах он.
И весну встречать готова,
Приукрашивает снова,
За зиму набравшись сил,
Золотой наряд кизил.
Снег еще не весь растаял,
Но уже в лезгинском крае,
Надо всем об этом знать,
Приготовились пахать.
На ослах навоз вывозят,
К кузнецу мотыги носят,
Сошники, серпы, ножи –
Люд со всех сторон бежит.
Чтоб злых духов обезвредить,
По достоинству отметить
Праздник первой борозды70,
Все спешат, как в дни страды.
Осмотреть сначала надо
Все общественное стадо,
Чтобы с помощью богов
Выбрать сильных двух быков.
Их почтенный землепашец
Впрячь в соху потом прикажет.
По обычаю к рогам,
Чтоб понравилось богам,
Девы ленты нацепляют
И водою окропляют
Место, где должна всегда
Начинаться борозда.
А когда ушли девицы,
Чтобы праздник мог продлиться,
На соху приналегал
Самый главный аксакал.
Он в тулупе наизнанку
Дожидался спозаранку
Действа этого. И вот
Гордо за сохой идет.
- Пусть в бороздах хлеб родится,
Для детей он пригодится,
Для детей, для стариков,
Для невест и женихов.
У богов земли и неба
Мы попросим вдоволь хлеба
Для сирот, калек и вдов
И для всех, кто чтит богов.
Эта песнь еще звучала,
А под лезвием кинжала,
Как низвергнутый тиран,
Черный пал уже баран.
А пока баран варился,
Шарвили за плуг схватился
И пошел пахать герой
Борозду за бороздой.
Вот взрыхлил он родовую
Ниву, тучную, живую.
Смотрит – отстает сосед,
У того и сил уж нет.
Под рубахой – пот обильный,
Но герой наш многосильный
Оказался не чужой
За соседскою межой.
Кто-то вздумал было драться –
За джигитом не угнаться:
Разметал со всех сторон
Межевые камни он.
До назначенного срока
Шарвили в мгновенье ока
Распахал за всех селян
Все окрестные поля.
Зашумели хлеборобы,
Радуясь, а не со злобы.
Ах, какие чудеса!
Не сошла еще роса,
А земля уже готова
Разродиться хлебом снова,
Чтоб у сытного зерна
Размножались племена.
В предназначенное время
Борозда вобрала семя.
Шарвили – вперед опять,
Поле стал бороновать.
И с достатком люди жили,
Шарвили благодарили:
Ведь сельчан без лишних слов
Он избавил от трудов.
Похвалою вновь покрыто
Имя славное джигита.
Просят люди у богов
Поразить его врагов.
Шарвили, довольный жизнью,
Был защитником Отчизны.
Он и сеял, и пахал,
Бескорыстно помогал
Всем, кто в помощи нуждался.
И за что бы он ни брался,
Дело спорилось легко,
Весело в руках его.
Кускафтар71 - колдунье старой –
Были не нужны и даром
Эти добрые дела,
Зло лилось с ее чела.
Шарвили она боится,
Но не может и смириться
С тем, что счастлив сын Цюквер
С раскрасавицей Эквер.
И, усевшись на утесе,
Распустив седые косы,
Стала думать Кускафтар,
Как посредством страшных чар
Вдребезги разбить их счастье,
Чтобы вечное ненастье,
Цвета серого свинца,
Омрачало их сердца.
А пока она сидела,
Думу думая, без дела,
На гряду высоких гор
Шарвили направил взор.
Там его отец с отарой,
Одиноко, в бурке старой,
По лугам устало брел,
Сам с собой беседы вел.
Словно ведая об этом,
Шарвили решился следом
Двинуться в те горы сам,
Волю резвым дать ногам.
Он обнял жену за плечи
И повел такие речи:
- Я к отцу пойду теперь,
Не грусти, моя Эквер!
Завершив дела дневные,
Как хозяюшки иные,
Второпях не забывай –
Двери на ночь закрывай.
Потерпи дней пять не больше,
Я и сам разлуку дольше
Не смогу перенести,
Будь же умницей и жди!
Так, с прощальными словами,
Охраняемый богами,
В горы Шарвили ушел
С безмятежною душой.
А Эквер к делам домашним,
Незначительным и важным,
Приступила не спеша,
И никто ей не мешал.
Два больших, с водой, кувшина
Принесла, ступая чинно
Вдоль по улице села,
Двор прилежно подмела,
Казаны натерла паклей,
Вынесла весь сор из сакли,
Следом нежною рукой
Окропила пол водой.
В хлев прохладный заходила,
Там корову подоила,
Развела в печи огонь,
Вскипятила молоко,
Испекла себе два хлебца,
Съела их. Забыв раздеться,
Не закрыв входную дверь,
Приуставшая Эквер
Спать легла. И тень ночная,
Будто бы зола печная,
Пала на дом Шарвили,
Как на яркие угли.
Кускафтар той темной ночью
Разорвать готова в клочья
Беззащитную Эквер.
Вот она толкает дверь,
Тихо в комнату заходит,
К спящей медленно подходит
И, натужно, с хрипотцой,
Дышит смрадно ей в лицо.
Злая тварь к Эквер прилипла,
Заклинанья шепчет сипло,
Скалит желтые клыки,
Мановением руки
Силы мрака собирает,
Жизнь у девы отнимает.
И, отнявши этот дар,
Удалилась Кускафтар.
Ночь прошла. И солнц вскоре
Осветило снова горы,
Осветило каждый дом
Ярким, ласковым лучом.
Едва небо заалело,
Люди вновь взялись за дело.
И у всякого забот,
Как обычно, полон рот.
Лишь в одном притихшем доме
Звуков не слыхать знакомых.
Нараспашку в доме дверь,
Где же юная Эквер?!
Собрались ее подружки,
Засудачили старушки,
Заметались по дворам:
Что могло случиться там?!
Проходили через двери,
Удивленные не в меру,
Осторожно, за порог,
Под собой не чуя ног.
На покойницу похожа,
Возлежит Эквер на ложе,
Ни кровинки на лице.
Чисто, прибрано везде.
Знахари сюда примчались,
Разбудить ее пытались.
Спит девица мертвым сном,
Огласился криком дом:
- Кто безжалостно и споро
Причинил нам это горе?!
И решили млад и стар,
Что колдунья Кускафтар
В этом доме побывала
И Эквер заколдовала.
- Стала каменной Эквер,
Что же делать нам теперь?!
Кускафтар, скрывалась где-то
В утро горестное это.
Так нежданная тогда
К Шарвили пришла беда.
Словно молния Алпана,
Все пределы Лезгистана,
Все места, где люди есть,
Облетела эта весть.
Через горы и долины,
Через реки и теснины,
Отложив свои дела,
Как летучая стрела,
Кас-Буба тропой знакомой
Поспешил к родному дому,
Чтобы рядом быть в беде
И развеять чары те.
Скорбно деву осмотревши,
Лекарь замер побледневший.
И мгновенно понял он:
Долгим будет этот сон.
Зашумели люди снова,
Кас-Бубу они такого
Не видали никогда –
Знать, огромная беда
К ним пожаловала ныне.
Опустив глаза в унынье,
Зарыдал честной народ.
Потускнел небесный свод,
Покатились воды хмуро
Помрачневшего Самбура,
Над толпою грянул гром,
Хлынул дождь на скорбный дом.
- Люди, плакать нам не гоже,
Шарвили мы все поможем,
Кто советом, кто мечом,
Кто-то дружеским плечом.
Коль его настигло горе,
Станем мы ему опорой,
И тогда врагов джигит
В одночасье победит!
Кас-Буба поет и плачет,
Поступить не мог иначе.
А пока он слезы лил
Прискакал и Шарвили.

64 «Перизада» - старинная лезгинская народная песня, а также танцевальная мелодия, исполняемая на свадьбах.
65 «Горный поток» - старинная лезгинская танцевальная мелодия.
66 «Харц» - быстрый народный танец с приседаниями и прыжками.
67 «Мулейли» - старинная лезгинская народная песня, а также танцевальная мелодия.
68 Куса – паяц, клоун, комик, выступающий обычно с канатоходцами.
69 Хиб – в старинном лезгинском земледельческом календаре время, предшествующее наступлению весны.
70 Праздник первой борозды – национальный земледельческий обряд прокладывания первой борозды, после которой начинается массовая вспашка участков, отведенных под посев зерновых культур.
71 Кускафтар – персонаж древнего лезгинского языческого пантеона, злой дух исполняющий волю Алапеха. Букв.: похожая на ведьму.

Комментарии

Комментарий кхьихь

Ограниченный HTML

  • Допустимые HTML-теги: <a href hreflang> <em> <strong> <cite> <blockquote cite> <code> <ul type> <ol start type> <li> <dl> <dt> <dd> <h2 id> <h3 id> <h4 id> <h5 id> <h6 id>
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.