Лезгинские личные имена

В лезгинской антропонимии, как и в других языках, особое место занимают персональные имена.

Антропонимическая лексика, как известно, обычно носит интерлингвистический характер, немалой пестротой и многослойно-стью отличаются и представляемые читателю лезгинские собственные имена. Причин здесь много, но наиболее существенной из них является следующее: в истории лезгин имело место множество таких событий, которые способствовали появлению у них долговременных широких разнообразных многоканальных контактов с народами, говорящими на иносистемных языках, имеющих более развитые антропонимические традиции и сравнительно богатые ономастиконы. В числе таких народов,, в первую очередь, следует назвать носителей тюркского (азербайджанского) языка, с которыми как с ближайшими соседями лезгины поддерживали тесные многовековые социально-экономические и культурные связи. Наряду с азербайджанским большую роль в становлении и развитии лезгинской антропонимии сыграли арабский и фарсидский языки, а с начала XX столетия и русский язык.

Вместе с тем, в самой лезгинской антропонимии происходили такие процессы, в результате которых в ней появлялись и откладывались пласты и группы лексем, различающиеся своим происхождением и мотивационным отношением с нарицательными словами.

Будучи более других частей словарного состава подвержена воздействию экстралингвистических факторов, антропонимия, не признающая национальные, территориальные и другие границы, за короткий промежуток времени изменяется в значительной степени. Подобное скачкообразное развитие в отдельные периоды своей истории больше всего характерно для языков малых народов, какими считаются горско-кавказские народности Северного Кавказа, Дагестана и Азербайджана, которые оказались в широких лингвистических контактах с носителями более крупных и более развитых в социально-экономическом и культурном отношении языков.

Сказанное касается не всей антропонимии, а, прежде всего, ее главной и основной части - имен собственных. Другие разряды антропонимии развиваются по особым законам и иными темпами. Так, например, отчества лезгин образуются однотипно одними и теми же суффиксами, заимствованными из русского языка, от основы имени отца и ничем особым, помимо мотивирующих именных основ, от русских отчеств не отличаются, а основами для образования фамилий в стадии их становления служили имена отца или дедушки. Теперь, когда имеется необходимость называния индивидуума и по отчеству, в подавляющем большинстве случаев фамилии мотивированы именами дедушек и уже не меняются от поколения к поколению.

Идионимы отражают историю, жизнь и быт народа, природные условия его обитания, связи с другими народами, уровень его экономического и духовного развития и многое другое.

Идионимы или личные собственные имена - основная часть антропонимии, ее сердцевина. Есть народы и языки, которые обходятся без фамилий и отчеств, но нет языков и народов, не пользующихся персональными именами. «Имя не только необходимая принадлежность человека, но, можно сказать, необходимое условие существования даже самого примитивного общества» [Чичагов 1959:4]. «Имя необходимо только в обществе и для общества» [Никонов 1970: 33]. Имени придавалось большое значение во все времена человеческой истории, всеми народами и обществами. Имя считалось частью самой сути человека, его души. Вот поэтому-то имя оберегали как самое дорогое из всего, что было у человека.

Закономерности становления и развития лезгинской антропонимии в основном такие же, какие характерны для многих других языков. Вместе тем лезгинский именослов имеет ряд своеобразных черт, который отличает его от других. К ним можно отнести:
а)  сильное сокращение имен, мотивированных исконнолез- гинскими нарицательными словами;
б) заимствование значительного количества имен восточного (арабского, персидского, тюркского, мон-гольского) происхождения;
в)  все более усиливающаяся тенденция к обновлению.
Эти особенности характеризуют антропонимические системы, в частности, корпус персональных имен, и других, дагестанских народов. Однако каждая из названных особенностей в лезгинском языке проявляется сравнительно глубже и интенсивнее.

Объясняется сказанное различными причинами: во-первых, влияние восточных языков, особенно тюркского и персидского, на лезгинский было значительно сильнее, чем на языки других народностей, например, на даргинский и аварский языки. Во-вторых, среди лезгин глубоко не привилась традиция наречения новорожденных каноническими арабскими именами, хотя идионимы арабского происхождения составляют немалый процент в именослове лезгин, особенно в прошлые времена. В-третьих, в последние десятилетия имел место своеобразный бум присвоения вместо заимствованных восточных имен новых имен самого различного происхождения как мальчикам, так и (особенно) девочкам.
Мало чем отличаются и сами традиции наречения у лезгин новорожденных. Единственное, что можно здесь отметить, это то, что, во-первых, прослеживается ослабление и смещение различных традиционных правил, обычаев и, во-вторых, постепенный переход на такие приоритеты как редкость или оригинальность, простота, благозвучие имени. Даже такие, казалось бы, «незыблемые» традиции как присвоение новорожденному имени умершего близкого человека, а также подбор в пределах семьи имен, имеющих общие созвучные окончания или же одинаковые компоненты типа -хан-, -стан, -гъажи-, -мирзе- и др., в последние годы уступают новым веяниям, в которых на первое место выдвигаются формальная сторона и новизна.

Однако независимо от сказанного, современный лезгинский именослов является достаточно богатой и сложной системой, возникшей в результате использования различных источников, правил и традиций, а также поиска и фантазии многих поколений с учетом всевозможных лингвистических и внеязыковых факторов, имевших место в различные периоды ее развития.
Провести сколько-нибудь научно выдержанную периодизацию с установлением точных темпоральных границ в настоящее время лезгинская антропонимика не в состоянии. Основных причин две: первая: отсутствие не только древних, старинных, но даже относящихся к XVIII и XIX векам письменных памятников, из которых можно почерпнуть достаточный антропонимический материал; вторая: слабая изученность истории самого народа и его ближайших соседей. Поэтому, проведя хронологическую классификацию идионимов, можно выделить группы, относящиеся только к трем периодам: 1) доисламские имена (до XVIII века); 2) ориентальные (XVIII-XIX века) и 3) новейшие (XX век).

Идионимы, как известно, в любом языке различаются по многим параметрам и особенностям и соответственно делятся на немалое число классов, групп и подгрупп как по структуре и соотнесенности с нарицательными словами, так и по происхождению и первопричинам появления и присвоения.

Мужские, женские и общие идионимы
Деление на «мужские» и «женские» носит особый характер, оно охватывает весь корпус личных имен и на первый взгляд кажется, что не должно вызывать какие-либо затруднения. Однако и при этом делении невозможно обойтись без отдельных спорных случаев. Так, например, один и тот же идионим встречается и среди мужских, и среди женских имен. Здесь дает о себе знать такой факт, что антропонимика народа, этноса - это совокупность именословов отдельных населенных пунктов и их групп. Личное имя, считающееся бесспорно мужским в одном селении или же группе сел, в другом ауле или же группе аулов носят исключительно девочки, а не мальчики. Учитывая сказанное, по рассматриваемому признаку личные имена делятся не на две группы, или класса, а на три: а) мужские; б) женские; в) общие (относящиеся и к мужским, и к женским одновременно).

Первые две основные группы являются многочисленными, а третья включает в себя небольшое количество антропонимов, преимущественно иноязычного происхождения, которые, появившись как мужские или как женские, впоследствии по регионам стали присваиваться и мальчикам и девочкам: Идаят, Инаят, Шекер, Ширин, Нури, Султан, Гуъли, Бегли, Гьанифа, Мурли, Ширван, Тут, Азиз (Къара-Куьре), Терек, Масон, Сержан, Ислягъ, Сабагь, Победа, Мисрихан, Курум и др.

Что касается двух других групп идионимов, то по поводу них можно сделать следующие замечания:

1) Количество мужских имен в прошлом было несколько больше, чем женских. Их соотношение было примерно 11 к 9, т.е. 55% к 45%. Дело в том, что женская часть именослова была более консервативной, такая свобода выбора и имятворчества, какая имеется сейчас, не имела места. Кроме того, заимствование женских имен несколько отставало от притока иноязычных мужских имен. И по структуре женские имена проще, среди них значительно меньше представлены сложные идионимы, состоящие из двух значимых компонентов-основ, что давало возможность варьированному употреблению одного и того же антропонима (ср. Мирзе-мегъамед и Мегъамедмирзе; Мегъамедсаид и Саидмегьамвд и др.). Однако в настоящее время соотношение мужских и женских имен неуклонно меняется в пользу последних.
Это происходит, во-первых, за счет широкого (большего, чем раньше) заимствования всевозможных иноязычных антропонимов, особенно из русского именослова, причем не только «полных», но и полуимен {Галя, Шура, Сопя и др!), и, во-вторых, интенсивного имятворчества по образцу существующих, но ничего не обозначающих семантически пустых звукокомплексов и т.д. Следует отметить, что первую роль в этом процессе играют сами женщины, которые проявляют больше заботы об оригинальности, благозвучии, вписывании в ряд имеющихся в семье имен и т.п. идионима своего будущего чада.

В-третьих, немалое прибавление женской части именослова дала мода использования основ мужских и женских имен для образования женских с прибавлением форманта -а: Азиза (ср. Азиз), Сайда (ср. Сайд), Замира (ср. Замир) и др.

Происхождение идионимов

По данному критерию собственные личные имена делятся на два больших класса: а) исконно-лезгинские; б) заимствованные. Однако подобная группировка не совпадает с делением на одноименные классы лексических единиц вообще. Здесь необходимо учесть существенную особенность идионима, заключающуюся в том, что для отнесения его к тому или иному из названных классов важно не то, какому языку принадлежит данное слово по своему происхождению, а то, какой народ первым употребил его в качестве собственного личного имени.

I. Исконнолезгинские идионимы

В число исконнолезгинских включаются следующие группы идионимов:
1. Идионимы, имеющие в языке соответствующие нарицательные слова-омонимы, которые как бы «мотивировали» их. Подобных имен много, а по принадлежности нарицательных лексем тому или иному языку они многообразны. Укажем только три из этих подгрупп:
а)   нарицательное слово лезгинское: Шини (ср. nluнu «черешня»); Цуъквер (ср. цуъквер «цветы»); КIанчIал (ср. кIанчIал «большой (о пальце)»); Некьи (ср. некъи «земляника»); Фере (ср. фере «молодая курица»); Щийиварз (ср. цЫйиварз «новая луна»); Ши вит (ср. шивит «укроп»); Путул (ср. путул «правнук») и др.;
б)   нарицательное слово иноязычное (восточное), выражающее абстрактное понятие: Тариф (ср. тариф «похвала, дифирамб»); Перишан (ср. перишан «печальный»); Сиясат (ср. сиясат «политика»); Туй (ср. туй «свадебное торжество, вечер»); Ажеб (ср. ажеб! «очень кстати!»); Фагьум (ср. фагъум «сообразительность»); Гьади (ср. гьади «сила: возможность»); Кьисмет (ср. къисмет «судьба, дар судьбы») и др.;
в)   нарицательное слово заимствовано из русского языка или через русский язык: Победа, Пассажир, Духтир, Нарзан, Майор, Лампа, Суду (ср. суду «судья, член суда») и др.
По семантике нарицательные слова всех названных выше подгрупп могут быть самыми многообразными, включая даже такие, которые имеют оттенок уничижительности и непривлекательности, а личные имена, образованные на их основе, весьма близки к прозвищам. Вот несколько примеров на такие идионимы: Шаруч (ср. кIару «черный, темный» (уст.)); Гьаргъалагъ (ср. гъаргьалагъ «скребок»); Лавха (ср. лавгьа//лавха «гордый, с гонором»); Чуру (ср. чуру «борода»); Базар (ср. базар «рынок»); Булут (ср. булут «туча, облако») и др.

Появление и употребление подобных имен - неслучайное явление. В именослове лезгин немало имен, перешедших из корпуса прозвищ и употребляемых параллельно в качестве последних: Фе-реш (Хъутунхъ), Мутай (Ашар), СункIул (НуьцIуьгъ), ЧулукI (Хъуьлуьтт), Топай (ХъуьлуьтI), ШакIв (НуьцIуьгь), Дуъгуыи, Авадан   (Маца),   Мулуш   (Фий),    Чуьгуът   (Къуйсун),    ЧIачIам (ХъуьлуьтI), ШабукIай (ХъуьлуьтI), ЦIенцIуък (ср.- ЦIунцIуъкI -Ялахъ), Хьуллай (Ялахъ), Туванцай (Хуьруьг), Питхей (Ялахъ), Шумут/, Бубацай, Гьудой (Ялахъ), Мараш (НуьцIуьгъ), Мидикъ (Ялахъ) и др.

Приведенные здесь и другие примеры показывают, что границы между идионимами и прозвищами не четкие, а весьма плавные, особенно в прошлые времена, а тот факт, что подобные имена-прозвища сохранились большей частью в отдаленных и граничащих с другими языками говорах также подтверждает, что между прозвищами и именами большой разницы не было.

2. Другую многочисленную группу незаимствованных личных имен составляют идионимы, образовавшиеся в результате внесения тех или иных изменений в звучание других, уже бытовавших личных имен. В данной группе также различаются несколько подгрупп:

а) идионимы, при образовании которых произошла замена консонанта, консонанта и вокала одновременно или же только во- кала: Рияз (ср. Нияз); Тамазан (ср. Рамазан); Сирхав (ср. Сурхай); Пердевус (ср. Фирдоуси - Зухрабкент); Жейрибан (ср. Шегърибан); Евру (ср. Ягьру); Кьулубег (ср. Къалабег); Шувейг (ср. Шуай); Зиза (ср. Заза); Фиридин (ср. Фридун); Витали (ср. Виталий по ассоциации с именем Фетяли); Каспир (ср. Каспар); Лазир (ср. Лазар); Живерзат (ср. Живиржат); Суъгъуъбег (ср. Синибег); Кьубутай (ср. Къунбутай); Мершут (ср. Муршид); Астагъар (ср. Астахар - татское имя); Дапиян (ср. Даниял), Кьардал (ср. Хардал); Семседил (ср. Шемседин) и др.;

б) идионимы, при образовании которых отбрасывается один или несколько звуков: Дилхан (ср. Адилхан); Мирали (ср. Эмирали); Цми (ср. Уцмий); Къиям (ср. Кьиямат); Мирагъа (ср. Эмирагъа); Агъас (ср. Агъаси); Миремзе (ср. Эмиргьемзе) и др.
Эти и другие аналогичные им идионимы можно было считать фонетическими вариантами одного типа, а не самостоятельными именами. Однако это не так. Во-первых, в рассматриваемых лексемах выпадение фонестем происходит не в силу комбинаторных закономерностей лезгинского языка; во-вторых, в формах, являющихся результатом сокращения, присутствует лексико-семантический момент, а именно в новом варианте часть имени совпадает с каким-либо нарицательным словом, с которым до сокращения идионим не имел подобных ассоциаций. Таким образом, идионим в определенной степени идеологизируется. Например, в именах Миремзе, Мирагъ, Мирали чувствуется присутствие слова мир, в имени Дилхан - лексемы дил «язык», тогда как в полнозвучных формах этих имен присутствовали совершенно иные семантические ассоциации: в первых трех - со словом Эмир, а в четвертом - со словом Адил, имеющие совершенно другие значения («амир» и «Волга»).

  1. Особую, довольно многочисленную группу составляют имена, возникшие в результате словообразовательной модерни- зации других имен или же нарицательных слов посредством ан- троформантов, характерных для арабских канонических идиони- мов: Пергьанидин (ср. Первана); Велижуллагь (ср. Вели - Ашар); Эфрижат (ср. Эфриз); Расиддии (ср. Расам); Румсият, Этгьядул лагь, Майвадин (ср. майва «продукт»); Ружауллагъ, Тажвиддин, Мирзаюдин, Майдин, Бисмиллагъ, Мейбуллагь (Алкьвадар); Самал- дин (Къуйсун); Талимуддин (ср. талии «образование»); Нисибуллагъ (Ярагъ Къазмаяр); Имамусен (Къуйсун); Имрамуллагь (Каладжух); Икрамуддпн; Жумаядин, Аменту, Генаиддин, Фережуллагъ, Зикируллагь, Гъидайдин, Шазедин, Резбуллагь, Веруллагь, Му- гудуллагь, Тевекуллагь, Иншаллагъ и др.
  2. Лезгинскими (незаимствованными) следует считать также и следующие идионимы, созданные сложением основ различного происхождения: Азизбала, Муьшкуьрали (Къуйсун), Гевилагъа (Ка-ладжух), Бегман, Урцумин, Жижикъиз (Маца), Барзухан (Ярагъ Къазмаяр), Паишанверди (Советское), Мумакъиз (Ярагъ Къазмаяр), Байранхатун (Ялахъ), Гъвейибег, Чадумагъа (НуьцIуьгь), Гуьлгиура, Инделнф (Хуьруьг), Багъдагуьл, Мирселим, Савдагуьл, Нинегуьл, Шабике (Кьуьчхуьр), Гуьленбар (Хуьруьг), Тигъирба (Хуьруьг), Ашаугили, Ашахалум (ср. топоним Ашар или имя Яхгии-халум), Бубакиши, Айвагуъл (по аналогии с Алмагуъл), Максимвши (Каладжух), Генжемали (Касумкент), Генжегуъл, Гуьлмая, Къен-дали, Микрежео.
  3. Не последнее место занимают идионимы, образованные от основ различных нарицательных слов посредством присоединения антроформантов: Лифрет (Икра), Сечкият, Жейранат, Маркъуят, Маржамай (Ялахъ), IJJamlau (Хуьруьг), Радият, Дживенат, Ка-бинат,   Каплият,   Милянат,   Жейранса   (Хуьруьг),   Устанет (Хъуьлуьт1), Гъавалай (Хъуьлут1), Фекъиц (!) (женское,Хъуьлуьт!), Серьёза, Мшонат (Фий), Къизат (НуьцIуьгъ), Лезги-ят, Лезгина (Ашар), Лезгина (Ахты), Уълкверат, Женая, Играя, Шагая (все три имени отмечены в с. Фий - запись М.М. Магомед-гусейнова), Некъият, Суваржат и др.
  1. К исконно-лезгинским идионимам правомерно включить такие имена, происхождение которых пока еще точно не установлено: Ламаз, Жулера, Назафен, XacumI, ЧIакIан, Манахан, Мергем, Махай, Бянзер, Мезбура и др.
  2. Нельзя считать заимствованными также идионимы, которые восходят к иноязычным фамилиям, топонимам и собственно-лезгинским фамилиям и другим собственным именам.

а)   Тельман, Фрунзе, Киров, Фурман, Фараби (Къуруш), Фара- дей (Икра), Львов, Сталин, Фомин, Пушкин, Маузер, Лаврет, Зо- рин, Гагарин, Жаруф, Маркс (Новый поселок, С. Стальский район), Азарян, Беринг, Ферцман, Робин, Мелъс (ср. Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин) и др.;

б)   Мирзоев (Кьулан СтIал), Гамидов (Кьулан СтIал), Аминтаюф и др.;

в)   Россия, Румына, Мумрач, Одесса (Къуйсун), Кирки (Буткент), Мадрид, Таганрог, Чепел (Ярагъ Къазмаяр), Кавказ, Самур, Бислан, Амудар, Мекке, Эльбрус, Къафкъай (Каладжух), Неман, Рейман, Джунрид, Самурский, Илич (Икра), Дарвин и др.

8.  В группу исконных идионимов, независимо от принадлеж- ности соответствующего нарицательного слова, включаются и сле- дующие имена, имеющие отношение ко времени рождения ребен- ка или же к тому, каким он является по счету: Январат, Гюлмая, Майира, Февраль, Мартин, Апрель, Маят, Ноябрь, Декабрь, Ха- мис, Джуьмяят, Муьжуьд, Придали, Пенжали (ср. пендж «пять»), Прим, КIанчIал, Щару, Этери, Мартвиса и Сентвиса (ср. март, сентябрь - с. КIахцугъ) и др.

Таковы основные группы «незаимствованной» части лезгинского именослова. Кроме перечисленных, имеются отдельные имена, так и оставшиеся одиночными или исключительными фактами, которые также приходится считать продукцией имятворчества самих лезгин: Трактор, Базакь, Мезбура, Харбент, Комсомол, Шофер, Илгьан, Райт, Элифмет, Тамазер, Сенжефил, Афяатун, Себедат, Перида, Арчал, Аругъ, Ашкъинадзе, Ергьенамидр.

II. Заимствованные идионимы

Заимствованные личные имена в антропонимии лезгин в силу ряда социально-исторических причин занимают особое место. Дело в том, что количественно они превосходят рассмотренную выше группу исконно-лезгинских идионимов. Кроме того, как видно из рассмотренных выше примеров, значительная часть возникших и получивших гражданство в недрах лезгинского именослова идионимов имеют прямое отношение к заимствованным личным именам, нарицательным словам и их основам.

Основными по количеству и бытованию группами иноязычных имен в настоящее время являются арабские, тюркские, персидские и русские имена. Названные группы более или менее собраны и подвергнуты исследованию. Что же касается имен, заимствованных из других языков, то они пока еще остаются не только неизученными, но также еще четко необозначенными пластами лезгинской антропонимии. Сейчас можно только констатировать, что из других языков с лезгинским именословом, более или менее тесно соприкасались монгольский, армянский и татский языки.

1. Идионимы арабского происхождения

В эту группу включаются только те имена, которые заимствованы из арабского именослова и без каких-либо особых изменений употребляются на всей территории расселения лезгин. В количественном отношении это одна из самых многочисленных групп антропонимов. Лексико-семантическую соотнесенность со своими нарицательными парами они сохранили только в тех случаях, когда в лезгинский лексикон вошло и нарицательное слово. Например, Аслан и аслан «лев»; Азиз и азиз «дорогой, любимый»; Аскер и аскер «солдат»; Мурад и мурад «желание, цель»; Муъгьуъббат и муьгьуъббат «любовь»; TIaeyc и mlaeyc «павлин»; Якъут и якъут «яхонт» и др.

Мужских имен-арабизмов несколько больше, чем женских, последние претерпели больше возможных видоизменений. Кроме того, особенно значительную роль мужские идионимы арабского происхождения играют в образовании таких разрядов лезгинской антропонимии как койнонимы и патронимы. Проследить пути проникновения в именослов арабизмов весьма трудно, можно только отметить, что главным источником и распространителем их был и остается ислам, который, как было указано выше, стал господствующей религией и идеологией лезгин, начиная с VIII века. Кроме того, распространению и укреплению позиций арабских имен у лезгин способствовали контакты последних с тюркским и фарсидским языками, в которых также имеются арабские идионимы.
Идионимы арабского происхождения в своей значительной части имеют характерные суффиксальные форманты, а также превратившиеся в суффиксоиды компоненты -am (-жат, -ят), -дин, -лагъ (-улпагъ, -юллагъ), из которых последние два (-дин, -лагь) (и их варианты) образуют мужские имена, а первый (и его варианты) входит в состав преимущественно женских имен. Примеры на идионимы, заимствованные из арабского именослова:

а)   мужские: Абас, Абдукерим, Абдурашид, Абубакар, Абусаид, Абуталиб, Агъмед, Адш, Азиз, Али, Алии, Алимет, Алим, Ариф, Асхаб, Бадрудин, Башир, Билал, Вагьаб, Вагьид, Гьабиб, Гьажи, Гьа ким, Гьанифа, Гьамза, Гьамидуллагь, Гьарун, Гъасан, Давуд, Даниил, Жават, Жалал, Жамал, Жаруллагь, Жафер, Забит, Замам, Заки, Зейдутагъ, Зейнал, Ибадуллагь, Ибрагьим, Играм, Идаят, Ид- рис, Ильяс, Имам, Иса, Ислам, Исмаил, Камил, Керим, Къадир, Къазанфар, Къайиб. Къияс, Магьмуд, Мегьамед, Медик, Мурад, Мурсал, Муса, Наби, Насир, Салом, Салигъ, Сайд, Селим, Сулей- ман, Султан, Тажидин, Тагъир, Умар, Усман, Фетагъ, Холил, Хидир, Шабан, Шамил, Эмир, Эсед, Эфенди, Юнус, Юсуф, Якъуб, Ямуддин и многие др.;

б)  женские: Абидат, Айисат, Асият, Ашура, Гъава, Гьавизат, Гьуъруь, Жавгъарат, Жамият, Жарият, Зайнаб, Зибейда, Зуъгьре, Имара, Каминат, Леши, Мажмииат, Муслимат, Муьгьуъббат, Надият, Нажабат, Нафисат, Нурият, Рабият, Рагытат, Са- лигъат, Секинат, Сефият, 'Паеус, Умужат, Фаизат, Фатума, Хадижат, Шамсият, Якъут и многие др,
Внутреннюю форму, мотивацию и тем более первопричину называния и возникновения арабского имени лезгины, за исключением ученых-арабистов, разумеется, не знают (раньше, по всей видимости, знали), и если кто. зная и понимая их, сознательно давал своему чаду то или иное имя, то для других пользующихся этим именем людей, членов семьи или же коллектива это оставалось неизвестным. Так, редко кто из лезгин знает, что идионим Абдурахман первоначально был куньей и обозначал «принявший ислам иноверец», Абуталиб - «отец Талиба», а распространенный женский идионим Хадижат означает «выкидыш». Однако это обстоятельство не мешало названным и другим антропонимам арабского происхождения войти и в течение долгих лет оставаться в именослове лезгин. Сказанное подтверждает тезис А.В. Суперанской о том, что для личного имени значение не является обязательной стороной, его незнание или же отсутствие не ограничивает, а, наоборот, помогает широкому и долгому бытованию идионима. Вместе с тем, следует отметить, что существовали другие критерии, которые способствовали особенно частому и широкому использованию некоторых арабских антропонимов - это то, что их носили близкие люди пророка Мухаммеда: члены его семьи, родственники, сподвижники и др. К таким именам относятся: Мегьамед, Али, Гьасан, Гьуьсейн, Фатимат, Хадижат и др.

2. Идионимы тюркского происхождения

С носителями тюркских языков лезгины имеют давние и широкие контакты, наиболее существенными из которых являются: соседство проживания, вековые хозяйственные связи, особенно жителей Самурской долины, проводящих зимовку скота на территории Азербайджана, отходничество лезгин в тюркоязычные районы для выполнения сезонных сельхозработ, для работы на нефтяных промыслах в Баку и на рыбопромыслах Дагестана и Азербайджана и др.
Все это не могло не отразиться на языке и культуре лезгин, в том числе и на антропонимии последних. Значительная часть мужского населения лезгин стала понимать и использовать азербайджанский язык в различных целях (межнациональное общение; обучение в светских школах; поэзия и песенный фольклор; переписка и др.). В связи с овладением тюркским языком семантика многих тюркских лексем для лезгин стала прозрачной, что в свою очередь содействовало расширению лезгинского именослова за счет заимствования антропонимов-тюркизмов, а также собственному имятворчеству лезгин на базе тюркской нарицательной лексики. Вместе с тем широкое использование в тюркских языках арабских и фарсидских личных имен помогало проникновению и закреплению в антропонимии лезгин арабских и фарсидских идионимов, о чем свидетельствует тот факт, что наблюдаемые в звучаниях и структуре лезгинских арабизмов-собственных имен изменения в ряде случаев объясняются тюркским влиянием.

В количественном отношении антропонимов тюркского происхождения несколько меньше, чем имен арабского происхождения. Кроме того, в последнее время наблюдается тенденция их сокращения. Многие тюркские имена, которые в прошлые времена были наиболее распространенными, уступают место простым по структуре однокомпонентным именам, молодые семьи избегают идионимов, содержащих компоненты -бек, -верди, -киши, -пар, -бала, -ни, -паша, -къиз, -беке, -гуъл, -агъа, -бажи и др., которые раньше составляли основной костяк тюркоязычиого пласта лезгинского именослова. Вот далеко не полный список имен тюркского происхождения:
а)   мужские: Агъабала, Агъабег, Агъаверди, Атакиши, Байрам, Байрамбег, Балабег, Балакъардаш, Бегагъа, Бейбала, Бидирхап, Великан, Гъазерчи, Дадаш, Дашдемир, Дашти, Девлетхан, Делшр, Дурсун, Къазибег, Куругъли, Къара, Къарахан, Къафлан, Кьехлер, Къилинж, Къирим, Лачин, Манкьули, Нурбала, Пирмет, Савзихан, Таймур, Тарлан, Татар, Улубег, Умахан, Уруж, Уста, Уьзден, Хан, Хенджал, Челеб, Чергес, Эмнрбег, Эмиржан, Эфенди, Юзбег, Юлдаги, Яхши и др.;
б)  женские: Айбике, Анахалум, Ашкъиназ, Багъдасар, Бажикъиз, Балахалум, Бес, Бигистан, Бике, Биче, Терекмаз.-Гилебатум, Гуьзел, Гуъл, Гъулан, Гъуланагъа, Гъулангерек, Если, Къизбике, Къизлер, Къизпери, Къизтамум, Къизтер. Марал, Нинехалум, Тамал, Тамум, Уснижат, Халум, Ханагъа, Ханпиче, Хаслар, Шагьнабат, Шапиче, Шуъшехалум, Яхшихалум и др.

3. Идионимы фарсидского происхождения

Иранско-дагестанские контакты, как известно, возникли раньше арабско-дагестанских, примерно, начиная с IV века нашей эры. Однако они носили иной характер (войны; политическое господство; переселение на лезгинскую территорию иранцев; сооружение военных укреплений; торговля и др.). В средние века, как и в других сопредельных странах, в Дагестане фарсидский язык, как язык старинной культуры и большой литературной традиции, пользовался особым статусом. Передовые представители дагестанских народов изучали фарсидский язык, писали на нем литературные сочинения. Помимо сказанного, были обстоятельства, в которых лезгины непосредственно соприкасались с носителями персидского языка. Все это отразилось на языке, в том числе и в антропонимии лезгин, в которой фарс из мы занимают четвертое (после тюркских, арабских, собственно лезгинских) место.
Примеры лезгинских идионимов фарсидского происхождения:
а)  мужские: Агъарза, Аллагьяр, Ализар, Бейбут, Гуълали, Гуьлмет, Гьажимирзе, Гъезрет, Дербет, Зал, Залбег, Зугъраб, Ма- медшах, Мамирзе, Мерден, Мирзе, Мирзеабас, Мирзебег, Мирзегьасан, Мирзежан, Мирзекерим, Мирзекъади, Мирземет, Мирзехан, Мугъман, Навруз, Панагъ, Семендар, Сердер, Шавли, Шагъ, Ша- бас, Шагъвелед, Шаламаз, Шагъсен, Ширин, Ямуддин, Ярагьмед, Ярали, Ярмет, Яруддин и др.;
б)  женские: Айна, Дилбер, Дилифриз, Жагьан, Зарбаф, Ис- пагъан, Магъи, Майсарат, Майтаб, Мапери, Мегъри, Мегьрибаи, Пакизат, Пенкер, Шагъру, Шагърузат, Шагьрустаи, Шагъселем, Шагъум, Шагъа, Шагънасиб, Шаисибани, Шапери, Ширинат, Ягъру и др.
В последние годы идионимы фарсидского происхождения постепенно уступают свое место новым именам, особенно заметно этот процесс наблюдается в женском именослове.
К лезгинскому именослову имеет отношение еще один иранский язык, носители которого имели непосредственные языковые контакты с лезгинами, а именно татский.
Однако, несмотря на продолжительность и живой характер связей, таты (горские евреи) не могли внести сколько-нибудь заметный вклад в лезгинскую антропонимию. Причин здесь две. Первая. Религиозный момент - отрицательное отношение ко всему иудейскому, подогреваемое мусульманским духовенством. Вторая. Живя среди лезгинского населения небольшими коллективами в отдаленных друг от друга лезгинских селениях, а также, руководствуясь интересами мелкой торговли и заготовки животноводческого сырья, которыми таты занимались в лезгинских районах, последние сами овладевали лезгинским языком, на котором и происходило их общение с коренным населением.
Тем не менее, отдельные идионимы в лезгинском именослове все же имеют татское происхождение: Манатил, Шабан, Салман, Илизар, Ягьия, Сержан, Гюльбагьяр, Гугьар, Шими, Шимия, Изра-т, Астахар и др.

Из числа других языков, имевших контакты с лезгинским, прежде всего следует назвать монгольский и армянский языки, из которых, несомненно, были заимствованы личные имена. Однако вклад этих языков, к сожалению, не только в антропонимику, но и вообще в лексику лезгинского языка остается совершенно неизученным.

4. Идионимы русского происхождения

В эту группу идионимов включаются все те антропонимы, которые вошли в лезгинский язык из именослова самого русского языка или же через посредство русского из так называемой интернациональной лексики. Например: Август, Андрей, Александр, Борис, Валентин, Вера, Владимир, Володя, Ворошил, Галя, Декабрь, Жанна, Замир, Зоя, Зина, Иван, Ильич, Клим, Климент, Лора, Лариса, Лаура, Макс, Максим, Марта, Мартин, Мая, Надежда, Надя, Ноябрь, Октябрь, Победа, Раиса, Рая, Серенада, Света, Светлана, Сима, Соня, Таганрог, Толик, Татьяна, Таня, Февраль, Шура, Юрий, Юра, Январ и др.
В данной группе объединены идионимы следующих трех подгрупп:
1)  подлиннорусские личные имена;

  1. русские полуимена, которыми лезгины пользуются в качестве полноценных официальных (паспортных) имен;
  2. так называемые книжные имена самого различного происхождения, ставшие известными благодаря русскому языку и русской культуре.

 

Группировка идионимов по структуре

По структуре идионимы делятся на следующие группы:
а)   простые непроизводные, состоящие из одной корневой морфемы или же основы: Азиз, Али, Агьа, Бах, Бес, Гъава, Игит, Неби, Некьи, Муса, Шини, Цуък и др.;
б)   простые производные, в составе которых помимо корневой морфемы представлена по крайней мере еще одна морфема, ан-троформант: Некьият (ср. некьи-), Жавидин (ср. жавид-), Мира (ср. мир-), Аният (ср. они-), Павлик (ср. павл-), Хаслар (ср. хас-), Пакизат (ср. паки-), Нисредин (ср. нисред-), Адиля (ср. адил-), Жа-миля (ср. жами-), Лезгина (ср. лезги-) и др.;
в)  сложные, в составе которых две основы: Алинисед (или- + - несед); Бажикьиз (бажи- + -къиз); Дашдемир (даш- + -демир), Be- либег (Вели- + -бег), Телихан (Гели- + -хан); Мирзеагьмед (мирзе- + -агъмед), Султангъамид (султан- + -гъамид); Гуьлебатун (Гуьле- + -батун); Бубахва (буба- + -хва); Дидекъиз (диде- + -къиз); Къизха- лум (къиз- + -халум); Щарухва (ulapy- + -хва); Шихрагьим (ших- + - рагъим); Шагъселем (шагъ- + -селем), Шагьимердан (шагьи- + - мердан) и др.;
г)  составные, состоящие из двух и более слов (простых имен): Мирзе Гъасан, Юсуф Хан, Гьажи Эфенди, Гъажи Рамазан, Klupu Буба, Соли Сулейман, Абдурагьман бег, Шагъ Исмаил и др.
При классификации идионимов по структуре встречаются и определенные трудности, особенно при установлении того, с чем имеем дело: с простым производным идионимом или же со сложным именем. Дело в том, что к отдельным компонентам в структуре имени можно подойти двояко: как к особым суффиксоидным антроформатам, так и к видоизменившимся самостоятельным основам. В других случаях трудность возникает из-за того, что не все признают возможность наличия в именослове рядом и параллельно двух омонимичных по звучанию, но различающихся по структуре идионимов. Например, таких, как Мирзе Гъасан и Мирзегьасан, Шири Буба и Ширибуба. Первые (Мирзе Гъасан и Klupu Буба) -составные имена конкретных личностей; вторые (Мирзегьасан и Ширибуба) - официальные имена, данные новорожденным в честь Мирзе Гъасана (известного ученого и общественного деятеля) и Klupu Бубы (известного абрека).
По количеству имен названные группы в именослове занимают следующие места:

  1. простые производные;
  2. сложные;
  3. простые непроизводные;
  4. составные.

В настоящее время простые идионимы неуклонно вытесняют сложные имена, что же касается составных антропонимов, то они по существу поддерживаются только написанием, а новые появляются весьма редко.

***
В настоящем "Словаре лезгинских личных имен" впервые представлено большое количество, более 4500 собственных имен -исконнолезгинских, восточных, мусульманских и даже новейших, возникших в советскую эпоху, - собранных автором в течение ряда лет из самых разных источников (специальная литература, хозяйственные книги администраций сел, районов, городов, списки избирателей, официальные, гражданские акты и др.). Этот словарь позволит вам совершенно по-новому взглянуть на то, к чему вы привыкли почти с рождения, - на ваше имя. Читатель получит совершенно уникальную информацию - о типах имен, о происхождении, толковании и правописании их. Он поможет решению многих юридических и практических задач,
Автор данных строк уверен, что труд Н.Ш. Абдулмуталибова послужит незаменимым пособием для широкого круга читателей при исследовании и решении как научно-теоретических, так и практических вопросов лезгинской антропонимиии.


Проф. Р. И. Гайдаров

Рубрика

Добавить комментарий

Ограниченный HTML

  • Допустимые HTML-теги: <a href hreflang> <em> <strong> <cite> <blockquote cite> <code> <ul type> <ol start type> <li> <dl> <dt> <dd> <h2 id> <h3 id> <h4 id> <h5 id> <h6 id>
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.